«Ступай к другим. Уже написан Вертер»
Этой строчке почти сто лет. За это время Вертер (да и кто сейчас читает роман Гёте?) перестал быть критерием – написано уже всё.
Не только в литературе, кстати: никому уже не нужны новые симфонии, новые картины «гениальных» художников, новый театр, новое кино – человечеству вполне хватает «старого»; оно отстоялось, прошло проверку временем и в принципе всем понятно, что Бах и Моцарт заведомо лучше Альфреда Шнитке и Дмитрия Маликова, Шекспир и Чехов – интереснее Довлатова и Дмитрия Быкова, Феллини и Тарковский – Звягинцева и (прости Господи!) Германа-младшего.
…Впрочем, вернемся к Борису Пастернаку: к другим – это куда? На телевидение, в попсу, в галерею «Гараж», на воскресные вернисажи в Измайлово, в рэп-баттлы? Ну да, наверное – больше некуда.
Искусство не терпит пустоты. Не терпит его и массовая культура. «Пришли иные времена. Взошли иные имена», – как сказал другой, менее знаменитый, но более пробивной поэт.
Печаль-то в том, что лежат они на кладбище в Переделкино рядом. И это только начало тренда: говорят, Вера Полозкова (долгих ей лет жизни!) уже написала в своем завещании, что хотела бы лежать рядом.
«А в наши дни и воздух пахнет смертью:
Открыть окно — что жилы отворить».
Окно открыто. И таким из него пахнуло, что еле сдерживаюсь, чтобы не перейти на нецензурную лексику.
Я почти не хожу в театр. В кино хожу редко и по жестокой необходимости. Современную оперу и современный балет игнорирую полностью. Дашу Жукову и Марата Гельмана презираю. Для современной текущей литературы вынужден делать исключение: правда, я ее не читаю, а лишь просматриваю.
Друзья, а как у вас?.. Возможно, я слишком мрачно настроен – вокруг, типа, тьма гениев, а я по лености ума и скудости чувств их просто не знаю?
Буду очень признателен вам за ответы.
Не только в литературе, кстати: никому уже не нужны новые симфонии, новые картины «гениальных» художников, новый театр, новое кино – человечеству вполне хватает «старого»; оно отстоялось, прошло проверку временем и в принципе всем понятно, что Бах и Моцарт заведомо лучше Альфреда Шнитке и Дмитрия Маликова, Шекспир и Чехов – интереснее Довлатова и Дмитрия Быкова, Феллини и Тарковский – Звягинцева и (прости Господи!) Германа-младшего.
…Впрочем, вернемся к Борису Пастернаку: к другим – это куда? На телевидение, в попсу, в галерею «Гараж», на воскресные вернисажи в Измайлово, в рэп-баттлы? Ну да, наверное – больше некуда.
Искусство не терпит пустоты. Не терпит его и массовая культура. «Пришли иные времена. Взошли иные имена», – как сказал другой, менее знаменитый, но более пробивной поэт.
Печаль-то в том, что лежат они на кладбище в Переделкино рядом. И это только начало тренда: говорят, Вера Полозкова (долгих ей лет жизни!) уже написала в своем завещании, что хотела бы лежать рядом.
«А в наши дни и воздух пахнет смертью:
Открыть окно — что жилы отворить».
Окно открыто. И таким из него пахнуло, что еле сдерживаюсь, чтобы не перейти на нецензурную лексику.
Я почти не хожу в театр. В кино хожу редко и по жестокой необходимости. Современную оперу и современный балет игнорирую полностью. Дашу Жукову и Марата Гельмана презираю. Для современной текущей литературы вынужден делать исключение: правда, я ее не читаю, а лишь просматриваю.
Друзья, а как у вас?.. Возможно, я слишком мрачно настроен – вокруг, типа, тьма гениев, а я по лености ума и скудости чувств их просто не знаю?
Буду очень признателен вам за ответы.