Владимир Холодов (vlad_dolohov) wrote,
Владимир Холодов
vlad_dolohov

Categories:

Нагибин

До столетнего юбилея еще больше года, но СМИ неожиданно оживились, – в предвкушении клубнички, видимо. Шестая и последняя его жена Алла вернулась из-за бугра, подбросила пару поленьев в костер, – сейчас на ТВ она будет нарасхват. Хотя лицо свое (старческое, что естественно) она не показывает, а голос ее после перенесенных инсультов долгих откровений не предполагает... Мне она не понравилась сразу: я невольно ее сравнивал с Беллой, чей огромный портрет висел у Нагибина в кабинете.



С Юрием Марковичем и его женой Аллой (они всегда были вместе) я виделся два раза. Нет, на даче в Пахре не был – оба раза нас принимали в большой, нежилой и пыльной квартире на метро «Аэропорт». Первый раз – с режиссером (он потом сменился) и директором объединения, второй раз я был один – приезжал подписывать договор. Я был тогда в качестве редактора – стажера: Нагибина на студии побаивались,  звонить ему опасались (мог легко нахамить), я же легко нашел общий язык и с мэтром, и с режиссерами (их сменилось три, это нормально).
Откровенно говоря, сам Нагибин тогда меня интересовал мало: средний писатель, успешный, но очень уж конъюнктурный сценарист, – общение с ним (а рассказал он многое) не ценил, желания погрузиться в его внутренний мир и проблемы не испытывал. Это тоже номально: я был молод, эгоистичен, жесток.
После опубликования «Дневника» – книга удивительная, аналогов ей в отечественной литературе нет – мой интерес к личности писателя с каждым годом только нарастает. Объяснить это трудно, понять невозможно, я лишь констатирую факт.
В жизни Нагибина были три трагедии:
– безумная и болезненная любовь к матери (он не был на ее похоронах и даже на могилу ни разу не пришел)
– мифическое еврейство, с которым он прожил почти всю свою жизнь (только в конце он раскопал, что был сыном русского дворянина, белого офицера, которого расстреляли большевики)
– любовь к Белле Ахмадулиной, которая подло надругалась над его чувствами – изменила с женщинами, двумя: одной из них была жена Евгения Евтушенко – толстая, усатая, непотребная Галина Сокол… В этот момент мир Юрия Нагибина рухнул (и я его хорошо понимаю) – он выгнал любимую женщину из дома. Навсегда. Продолжая любить, насколько я понял.
…О том, как и почему Нагибин умер, я расскажу позже. Может быть, даже сегодня. Если это будет кому-то интересно. Скажу лишь, что это (по моему мнению) было самоубийство.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments