Владимир Холодов (vlad_dolohov) wrote,
Владимир Холодов
vlad_dolohov

Category:

Задохнуться от любви

Для мужчины проще всего и, главное, доступнее задыхаться от любви к женщине. Ну, хорошо, пусть не от любви, а от страсти, желания, неясно осознаваемого томления, - женщина, как известно, красота элементарная, поэтому и гамма чувств достаточно широка.Если же абстрагироваться от пола и возраста, то можно смело цитировать забытого ныне Чернышевского: «Прекрасное есть жизнь». Я бы добавил – во всех ее проявлениях. Селезень ли плывет в пруду, солнце над Волгой заходит, песок тропический под ногами скрипит или подсолнухи цветут под Россошью, - мир, созданный Господом нашим, действительно прекрасен. Впрочем, тот, кто создан по его образу и подобию, тоже внес в картину мира свою скромную лепту.
Очень несложно задохнуться от любви к музыке. Для натур продвинутых и тонких это обычно классика – Бетховен, Моцарт, Софья Губайдуллина какая-нибудь. Для широких и серых народных масс существует попса. Для масс недовольных и протестующих – рок и песня бардовская. Мой сосед сверху фанатеет от рэпа. Пожалуй, я его скоро убью.
С живописью тоже все достаточно просто. Жена моя, скажем, «задыхается» от Дали и Модильяни, теща от Глазунова, а в Лувре я долго наблюдал за одной милой девушкой, которая неотрывно смотрела на малоизвестное полотно Энгра – художник из третьей сотни, на что там особенно смотреть? Увы, так бывает достаточно часто: суть и смысл открывается лишь заинтересованному и влюбленному взгляду, пустому и безучастному – никогда.
С театром нынешним чуть сложнее. Чем больше антреприз и спонсоров, чем весомее касса, тем меньше потрясений. Мне повезло, я застал и Товстоногова, и Гончарова, и прежнего Любимова, но и сейчас есть тьма фанатов, задыхающихся от любви к Виктюку, Райхельгаузу или даже, простите, какому-нибудь Кириллу Серебренникову.
А вот кино, как самое массовое из искусств, и кайф дает массовый. Даже отечественное, как это ни странно. Одна моя знакомая домохозяйка балдеет от актера М. В прямом смысле балдеет – оргазм испытывает, когда видит его на экране. Каждый фильм с его участием смотрит раз двадцать, потом восприятие притупляется, но, к счастью, актер М. снимается много и новый его фильм уже в анонсах.
Поэзия нынче уже не та, но при большом желании задохнуться можно и от Емелина с Евтушенкой. А вот с прозой, друзья мои, плохо. Совсем плохо! Любителей классики – хоть черпаком хлебай. Современную же прозу не любит никто. Сразу вынесем за скобки Пелевина – фанаты его люди странные, косноязычные, явно пережравшие грибов. Понятно, что писатель хороший. Возможно, лучший из ныне живущих. Но его поклонники несут такой бред, такие все они глупые и неадекватные, что признать их задохнувшимися от любви никак невозможно! От передоза – да. От сезонного обострения шизофрении – весьма вероятно. Но мы же говорим о любви, не так ли?.. Еще живы(физически живы, в литературе их как бы уже и нет) наши мэтры – от Битова до Распутина. Но Битова путают с Бутовым, про Распутина знают лишь то, что он своим непотребным поведением императрицу смущал. Но главное даже не это, - их не читают. И остальных не читают, кстати. Никого. Не нужны они, не интересны. А задохнуться от любви к неинтересному способен разве что критик Анкудинов. И то лишь потому, что он в Майкопе живет – там горы, там воздуха мало, там все задыхаются.
Если обычный человек, одуревший от ящика, глянца, футбола и водки, решит вдруг припасть устами страждущими к кастальскому ключу современной прозы, ему наверняка понадобится компас. Таковым всегда являлась литературная критика. Всегда, но не сейчас. Нынешняя критика – это коллективный "иван сусанин", который ведет тропинками узкими и долгими, но приводит всегда в болото. Из критики, впрочем, вы можете почерпнуть много интересногои забавного: у кого папа священник, у кого профессор МГУ, а у кого наш бывший шпион в Гондурасе. О партийной принадлежности авторов вы тоже можете узнать. И даже о сексуальной ориентации. Кое-что – вскользь, как о вещах вторичных и не очень интересных – вы можете узнать и о текстах авторов. А вот надо ли все это читать и, главное, зачем, - вы не узнаете никогда. Но зато вам сообщат, какую премию и в каком году получил данный автор. Это, безусловно, важная информация, как бы предупреждающая. При совке тоже так было: если чел получал Государственную премию – значит, это говно. Если Ленинскую – говно полное. Странно, со временем число говнострадальцев только растет, - страсти кипят такие, что это, пожалуй, и есть самое интересное, что происходит в современной литературе. Хотя самой литературы как бы и нет. И авторов нет – это мир фикций, грязь под ногтями у А.С.Пушкина.
Дарья Донцова, как известно, в свое время перенесла клиническую смерть и после этого вдруг обрела талант, чудовищную работоспособность и явные склонности к телепатии. Мои слова она услышала за утренним кофе, поморщилась брезгливо: «Это вас всех нет! А я была, есть и буду! Меня уже изучают в китайских школах, а скоро будут и в русских… Кстати, молодой человек, вас учили в детстве, что воровать грешно? Выражение «задохнуться от любви» использовано мной еще десять лет назад, в пятьдесят шестом романе: глава девятая, второй абзац сверху… Хорошо, я вас прощаю. Мне вообще импонируют злые и наглые. Знаете, я даже бы работу вам предложила, но столько помощников мне уже просто не нужно». Она набросила на плечи шаль, расписанную лично для нее самим Диором, и вышла во двор своей усадьбы для совершения ежедневного моциона. Увиденное ее удовлетворило. Все были заняты своим делом: солнце светило, собака охраняла, птички пели, цветы распускались, яблоки на яблонях наливались, озабоченный петух нетерпеливо прогуливался у еще закрытого курятника. Вот уж кто действительно от любви задыхается, подумала Дарья. Забор высокий, почти глухой, и как только перепрыгнул, мерзавец?.. Дарью это зрелище не то, чтобы возбуждало( годы брали свое), но все же сердце заставляло биться учащенно и вызывало в определенном месте зуд, который при известном допущении можно было назвать и творческим. Всё же какая я талантливая! «Задохнуться от любви» – ведь это действительно хорошо сказано! И главное, точно. Если я сейчас не открою курятник, то петушок мой, пожалуй, действительно задохнется и концы отдаст». Она сняла замок, отворила дверцу: курочки радостно высыпали на улицу, весело закудахтали. Петя потоптал одну, потом другую. Потом немного отдохнул и полез на третью. «Вот вам и разгадка, господа, - меланхолично подумала Дарья. – Вы все страдаете не от того, что у вас нет ста пятидесяти восьми бестселлеров, десятка квартир в разных странах, пяти машин, усадьбы, личного повара и соболиного манто, - у вас курочек нет. Или вы не умеете их топтать. Или вам просто нечем».
Возможно, она права. Китайцы, изучающие русский язык по книжкам Донцовой, в этом просто уверены. Они, кстати, усматривают явную параллель между ее текстами и Конфуцием: та же глубина мысли, та же образность, та же открытость миру.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments