Владимир Холодов (vlad_dolohov) wrote,
Владимир Холодов
vlad_dolohov

Бирюльки

Один мой сосед -фронтовик  формально настоящий: до передовой доехать не успел, война кончилась.  Второй сосед - фронтовик по бумагам: работал на оборонном предприятии, приравнен в правах к участникам войны, есть соответствующее удостоверение. В прошлом году к очередному Дню Победы им вручали юбилейные медальки. РАЗНЫЕ медальки, что существенно. Первого фронтовика это безумно обидело, даже оскорбило: Васька типа и не стрельнул ни разу, и на заводе не уродовался, как я, - за что ему такая честь и почему меня так унизили?.. Переживал долго и громко, пока кондратий не хватил. Пока лежит. Васька все порывается его проведать, тот в дом не пускает – обида страшная!

Знаменитый режиссер Эйзенштейн должен был получить в Кремле Сталинскую премию первой степени, а получил только третьей.


Говорят, он сразу сник, побледнел, и даже шевелюрой постарел(как в старой плохой песне) – был мальчонка рыжим, стал совсем седой(с).  Поздние исследователи утверждали, что он видел в этом знак судьбы: типа завтра его арестуют, послезавтра расстреляют. На практике все было несколько иначе: завтра было похмелье, а послезавтра инфаркт.

И еще о кино, - грустное и смешное. Лет двадцать назад был впервые издан БОЛЬШОЙ ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ О КИНО. Там было всё и все, включая дипломников ВГИКа, художников по костюмам и актера Пердушкина, сыгравшего свою единственную роль в немом фильме Протазанова. .. Резонно было предположить, что в этом словаре найдется место и для семейной пары плохих провинциальных режиссеров, клепавших убогие детективы, не поднимавшиеся выше второй  категории)то бишь, выражаясь прозрачнее, говно полное). Так вот: для жены место действительно нашлось, а для мужа нет! Он, бедолага, не знал, что и думать. Ну да, не Эйзенштейн, слава Богу, да и фамилия украинская, хоть и зовут Исаак, но ведь жена вообще Суламифь Моисеевна, - нет, это не отрыжки борьбы с космополитизмом, это нечто совсем иное… Впрочем, чего тут долго размусоливать, - умер, слушай!(с)

Закончу я историей вполне оптимистической, хотя и печальной. Был такой знаменитый хоккеист Альметов. Уйдя из большого спорта и пропив все, что дозволили, ушел работать на кладбище.  Пить, естественно, продолжал. Когда на бухло не хватало денег, сбывал барыгам свои честно заработанные медали – золотые, олимпийские. Спорткомитет негодовал(у меня там дядька работал), КГБ голову ломало: что с ним делать? Додуматься, что пенсию надо нормальную дать и на достойную работу устроить, так и не смогли. Альметов же резонно полагал, что когда через два года его привезут хоронить на это же кладбище, то медальки на красных подушечках ему уже не понадобятся. А сейчас – очень даже: и себе кайф, и корешкам своим.

Вознесенский написал об Альметове пронзительное стихотворение(«Известный хоккеист работает могильщиком/Ах, водка-матушка, ищи меня на дне»). О трех вышеназванных персонажах стихов не написал никто. Да и не напишет уже.

Кстати, у меня тоже есть медальки. Одна даже иностранная – государства под названием Абхазия. Вы зря смеетесь, друзья: в силу малого тиража это большая редкость – один коллекционер из Аризоны мне за нее тридцать штук предлагал. Зеленых, естественно. Но мне пока не надо, я не пью. Но если вдруг такое случится, - пойду торной альметовской тропинкой, а не магистральным путем Сергея Эйзенштейна… И знаете, почему? Я Хемингуэя в детстве читал. И хорошо помню, чем заканчивается его роман «A Farewell to Arms».


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments